Как здорово, что мы можем делиться тем, как каждая из нас видит мир.
Похоже, что тихая сила российских предпринимательниц — это выживать, лидировать и преобразовывать реальность в условиях adversity (невзгод).
Когда мы говорим о женском предпринимательстве в мире, внимание обычно приковано к Кремниевой долине, Лондону или Берлину. Но есть одна страна, которая, несмотря на санкции, геополитическую изоляцию и враждебную для бизнеса среду, наблюдает, как её женщины берут в свои руки реальную экономику: Россия.
И нет, это не пропаганда. Это вопрос выживания, превращённого в возможность.
Русский парадокс: больше женщин-лидеров… но с меньшими ресурсами
У России есть особенность, которую признают немногие: женщины перепредставлены в высшем образовании и в таких профессиональных сферах, как медицина, бухгалтерия или управление. Однако когда дело доходит до предпринимательства, они сталкиваются с двойной стеной: традиционный российский патриархат (всё ещё очень сильный) и государство, которое отдаёт приоритет крупному мужскому капиталу олигархов, а не малому бизнесу.
Согласно данным (до войны в Украине, последним надёжным), женщины основывали около 30–35% малых и средних предприятий в России — это выше, чем в Германии (18,8%). Но есть жестокая деталь: их бизнес в среднем на 40% меньше по обороту и доступу к кредитам, чем у мужчин.
Почему? Потому что российская банковская система исторически требовала от женщин-предпринимательниц больше поручительств, более высоких процентных ставок и личных гарантий, чем от мужчин. А в условиях международных санкций это становится неподъёмным грузом.
Война как непреднамеренный катализатор
И вот мой самый спорный тезис: вторжение в Украину и последовавшие западные санкции выступили как «шок», который, как ни парадоксально, подтолкнул российских женщин к занятию опустевших ниш.
Как? Когда тысячи мужчин были мобилизованы или бежали из страны, миллионы женщин остались во главе семей и, что ещё важнее, во главе бизнесов. Многие из них, раньше бывшие «тихими партнёршами» или «теми, кто ведёт бухгалтерию», стали генеральными директорами буквально за одну ночь.
Я читала свидетельства женщин из Москвы и Санкт-Петербурга, которые, после ухода западных брендов (McDonald's, Zara, Starbucks), создали свои собственные ресторанные сети, локальные модные бренды и кооперативы по дистрибуции. Не из идеализма, а по необходимости. Рынок требовал решений, а мужчин рядом не было.
Женское предпринимательство как убежище от государства
Ещё одна неудобная реальность: в России государственный сектор и крупные госкорпорации (Газпром, Роснефть) по-прежнему доминируются мужчинами. Для амбициозной женщины предпринимательство — это не просто вариант, а часто единственный способ избежать зависимости от стеклянного потолка Кремля или мужских советов директоров.
Самые успешные российские предпринимательницы, которых я знаю (через отчёты), добились успеха не в нефти или газе, а в образовательных технологиях (EdTech), трансграничной электронной торговле (особенно с Китаем и Турцией), сферах красоты и здоровья, а также в агропромышленности. Это «женские» сектора, которые именно потому, что государство считает их второстепенными, пользуются меньшим бюрократическим вмешательством.
Вдохновляющие примеры (которые не попадают в западные газеты)
Назовём имена, которые должны быть более известны:
Татьяна Бакальчук: основательница Wildberries, российского гиганта электронной коммерции с годовым оборотом более 7 миллиардов долларов. Она начинала из дома, будучи беременной. Сегодня она одна из богатейших женщин России, а её компания даёт работу десяткам тысяч людей. И что лучше всего? Она создала специальную программу, позволяющую другим женщинам-продавцам выходить на её платформу без банковских поручительств.
Елена Шифрина: соосновательница Black Star Wear, бренда уличной одежды, который капитализировал молодёжную музыкальную культуру. В стране, где западная музыка де-факто находится под санкциями, она построила локальную империю.
Тысячи неизвестных женщин, которые после ухода IKEA создали кустарные мебельные мастерские в своих гаражах и теперь продают через Avito (российский eBay). У них нет инвестиционных раундов, но они поддерживают на плаву реальную экономику.
По моему мнению: они не жертвы, они стратеги
Запад привык видеть российских женщин жертвами (войны, режима, бедности). И это ошибка перспективы. Средняя российская предпринимательница, которую я знаю по данным и свидетельствам, — полная противоположность: она гипер-адаптивна, технически компетентна (в России один из самых высоких в мире показателей женщин в STEM) и, самое главное, реалистична.
Она знает, что не может рассчитывать на государство, что кредиты дороги, что иностранные инвесторы ушли, а её рынок волатилен. И всё равно она создаёт прибыльный бизнес.
Какие уроки это даёт нам на глобальном уровне?
Крайние невзгоды порождают чрезвычайно устойчивых предпринимательниц.
Когда государство не работает, женщины строят неформальные сети поддержки (закупочные кооперативы, бартер услуг, краудфандинг среди подруг).
«Традиционно женские» сектора (мода, красота, образование, забота) в кризис становятся самыми стабильными.
Заключение
Я не защищаю российский режим и не оправдываю войну. Я указываю на экономический факт: женщины-предпринимательницы в России делают для выживания внутренней экономики больше, чем многие олигархи, сидящие на своих яхтах в Дубае. И они делают это со связанными за спиной руками: без доступа к международному капиталу, без западных венчурных сетей и при игнорировании со стороны государства.
Пока в Германии мы спорим о том, как поднять долю основательниц с 18,8% до 30%, в России женщины уже приблизились к 35%… но в условиях полу-выживания. В тот день, когда Россия (пере)откроется миру, если этот день настанет, её предпринимательницы станут цунами замолчанных инноваций.
А пока нам остаётся лишь наблюдать за ними с уважением. Они не жертвы. Они воительницы реальной экономики.
MEDM ONLINE
Autora: Tatiana Bakalchuk (Татьяна Бакальчук), fundadora de Wildberries.
מחק תגובה
האם אתה בטוח שברצונך למחוק את התגובה הזו?